Дай лапку

46 853 подписчика

Свежие комментарии

  • aneta Milaien
    РЕПОСТ!!! Ласковой, озорной красавице!!!Шустрая, шилопопа...
  • techno_unionmailru Петрова
    Репост , красивая кошечкаШустрая, шилопопа...
  • Светлана Лисовская
    Репост!Шустрая, шилопопа...

Радуется ли пчела, больно ли селедке?

Ловля щуки осенью

Мы склонны наделять сознанием все подряд: в мифах разумны не только звери, но и Солнце, Луна, Небо, деревья и остальная окружающая природа. Христианство попыталось искоренить эту тенденцию вместе с самими мифами, и какое-то время человек считал себя единственным разумным существом. Потребовались века, чтобы наука смогла без страха заняться поисками сознания у наших меньших братьев. Вопрос, ощущают ли животные мир так же, как его ощущаем мы, стоит сейчас как никогда четко.

kl-a

В 2000 году в кунсткамере датского городка Кольдинг чилийский художник Марко Эваристти представил свою инсталляцию «Элена и рыбак». Выставка закончилась судебным разбирательством: судили как самого художника, так и директора музея. Обоих оправдали, но шумиха в прессе поднялась невероятная.

kl-1

Несмотря на то, что выставка доказала высокий уровень морали современного человека (только в трех случаях рыбки не дожили до конца выставки), в который раз вспыхнул спор, имеем ли мы вообще право распоряжаться жизнями животных, особенно в развлекательном ключе.

Мы не любим страдать и очень чувствительно относимся к страданиям собратьев. Нас передергивает, когда мы читаем о тысячах несчастных, посаженных на кол по приказу Влада Цепеша и умиравших в корчах на протяжении долгих дней.

Все потому, что можем представить — каково это.

Однако мы считаем нормальным взять заостренный кусок проволоки и поглубже засадить его в червяка. А потом сидеть и надеяться, что агония пронзенного и тонущего беспозвоночного привлечет рыбу побольше, и тогда означенный кусок проволоки будет засажен этой рыбе в брюхо. Или, на худой конец, в жабры.

kl-2

Например, вырывать у живой рыбы зацепившиеся за крючки внутренности или отрезать плавники, как это делают китайцы с акулами. У рыб ведь и мозга-то почти нет — так, несколько неразвитых шариков. В мозге рыб нет места для эмоций, чувств, боли. Рыбы — как механические игрушки, между ними и собакой такая же пропасть, как между человеком и неваляшкой.

Однако недавние исследования ставят эту парадигму под сомнение. Сначала у рыб были открыты специальные нейроны, которыми животные ощущают повреждающее воздействие. Они располагаются на поверхности всего тела, но особенно «густо» — на голове: вокруг губ, куда полагается вонзаться крючку, и у глаз.

Если на эти нейроны как-либо воздействовать (капнуть кислоты или ввести яд), рыба будет биться и тереться соответствующим участком кожи о стенку аквариума, пытаясь унять жжение. Несчастная будет поглощена болью и забудет обо всем, в аквариум можно подсунуть домик из цветных кубиков «Лего» — она и не заметит. Если же ввести болеутоляющее, то все вернется в норму, и лего-домик, внезапно обнаружившийся в аквариуме, приведет рыбу в ужас.

kl-3

Если вам дать папку с тайнами века и штампом «Совершенно секретно» через всю обложку, вы сначала отнесетесь к ней с опаской, а потом приметесь с интересом ее осматривать. Если же при этом вас шарахать током, то все секретные документы мира не отвлекут вас от адской боли.

Все, что мы на данный момент знаем о рыбах, позволяет нам заключить: они ощущают боль так же, как и мы. Значит ли это, что они и в остальном похожи на нас? Страдают, когда гибнут их мальки, радуются, избежав смерти на крючке, так же злятся и боятся, как мы? Чтобы хотя бы попытаться ответить на эти вопросы, нам придется понять, что же мы на самом деле хотим узнать. Тот самый основной вопрос, на который активисты движения РЕТА отвечают «да», а забойщик скота — «нет».

kl-b

Вопрос этот звучит примерно так: есть ли такое чувство, которое мы ощутили бы во всей полноте, если бы стали животным? Мы каждую секунду ощущаем, каково это — быть нами. Мы едим колбасу, катаемся на американских горках, смотрим фильм, танцуем на Ибице — все это ради ощущений, которыми эти действия отзываются в наших головах.

kl-4

Есть ли что-то аналогичное у животных? Есть ли у животных сознание?

Тут мы сталкиваемся с проблемой: сознание — штука субъективная, чтобы ее найти, недостаточно просто наблюдать за рыбой, недостаточно даже залезть рыбе в мозг. Нужно стать рыбой — и только тогда все будет ясно. Но тем не менее мы каким-то образом способны определить, сознательны ли другие люди, хотя ни разу за свою жизнь не были никем, кроме самих себя. Как мы это делаем?

Мы видим, что другие люди способны на действия, для которых нам самим требуется сознание. Разговор на неизвестную тему, изучение письменности майя, первый самостоятельный прыжок с парашютом, создание картины или симфонии — все эти действия невозможно выполнять в бессознательном состоянии. Все их объединяет отсутствие наработанного шаблона действия, для всех из них требуется понимание законов мира и способность предсказывать будущее. В противовес этому сознание не требуется для прогулки, чтения зазубренного стихотворения и выполнения привычных или монотонных действий, вроде рутинной работы, разговора на известную тему и поднятия штанги.

kl-5

Когда утром вы просыпаетесь позже обычного, проливаете кофе на одежду, застреваете в пробке и опаздываете на работу, вы чувствуете злость не потому, что так устроен ваш мозг, а потому, что вы знаете: всего этого могло и не быть. День мог начаться совершенно по-другому. Вы злитесь, не задумываясь, что это — очень сложный трюк, на который машины не будут способны еще лет двести. Именно способность к абстрактному мышлению нужно искать у животных, чтобы худо-бедно понять, чувствуют ли они мир как люди, или нет.

kl-c

Оказывается, абстрактное мышление можно найти у многих животных. Например — у пчел. В одном эксперименте их запускали в лабиринт со множеством развилок. Каждая развилка была помечена определенным цветом, сообщающим, куда поворачивать, чтобы добраться до сладкой воды (а пчелы просто обожают сладкую воду). Например, если метка была синей — поворачивать следовало направо, если зеленой — налево.

Когда пчелы разобрались с этим лабиринтом, их поместили в новый, но с той же системой меток. Найти сладкую воду на этот раз им не составило никакого труда: они сумели вычленить необходимую информацию и использовать ее в новой среде.

kl-6

После этого никого уже не удивит, что мыши способны запоминать комбинации вспышек света и из десятков правильно определять одну-две, которые соответствуют получению пищи. Например, тускло-ярко-тускло — ведет к пище, а все остальные, вроде тускло-тускло-ярко, ярко-тускло-ярко и т. п., — нет. В дальнейшем, если свет заменить звуком (тихо-громко-тихо), но при этом оставить неизменной саму систему сигналов, мыши воспользуются накопленными знаниями и без проблем определят, когда ждать еды.

Животные способны и на более сложное абстрактное мышление. Так, например, ворона поймет, что не может клювом достать мясо из пробирки. Увидев рядом проволоку, она сначала попытается наткнуть мясо на нее. Если это не выйдет — ворона согнет конец проволоки в крючок.

kl-7

Но животные отличаются от нас, не умеют говорить, и теоретически в их головах может происходить что угодно. Поэтому многие исследователи заходят с другого конца.

kl-d

Мы не только обладаем сознанием, но и понимаем это, то есть у нас есть сознание сознания, иначе говоря — самосознание. Если животное обладает самосознанием, то есть понимает, что оно есть, способно выделить себя из окружающего мира, то оно совершенно точно обладает сознанием.

kl-8

Если, проснувшись, животное столкнется с отражением в зеркале и начнет стирать краску со лба — значит оно не только способно на сложную ассоциацию отражения с собой, но и может сравнить то, как оно хочет выглядеть (без краски) с тем, как оно выглядит (лоб в краске). Все приматы проходят данный тест без проблем, точно так же, как слоны и даже киты.

Несмотря на всю показательность теста с зеркалом, у него есть две очевидных проблемы. Во-первых, самосознание — это надстройка, использовать его для поиска сознания — все равно что определять наличие головы по шляпе. Во-вторых, для большинства животных зрение не такой важный фактор, как для людей. Именно поэтому макаки очень плохо понимают, что от них хотят, зато птицы свое отражение в зеркале узнают отлично. То есть отрицательный результат не говорит нам ничего. К тому же, говорят зануды от науки, осознание тела не есть осознание того, что в теле есть ум. И что этот ум — ты.

Однако проверить понимание ума мы тоже можем, пусть и не у всех.

kl-9

В одном эксперименте в бассейн спускали своего рода пианино, где вместо клавиш были большие педали. Потом играли ноту, а дельфин должен был ткнуться носом в соответствующую педаль. Если дельфин правильно угадывал ноту несколько раз подряд, то получал приз (то есть рыбу), если ошибался хоть раз — терял все. В этом аналоге «Кто хочет стать миллионером?» была «спасительная» кнопка, и, собственно, значимость всего эксперимента сводится к ней.

Если дельфин испытывал неуверенность, он мог нажать отдельную педаль, за которую не получал награды, но при этом не терял и накопленный призовой фонд. Тот факт, что кнопкой охотно пользовались, доказывает способность дельфина не только к ощущению неуверенности, но и к осознанию этого ощущения.

В итоге мы получаем следующую картину. Если животное способно к абстрактному мышлению, то у него есть какое-никакое сознание. Чем сильнее развита эта способность, тем сильнее развито сознание. Сложность мозга важна, но любые сравнения неизбежно утыкаются в выбор точки отсчета. Считать человеческий мозг вершиной — дело гиблое: наш мозг идеально подходит только для нашей жизни и совершенно бесполезен в голове ястреба или кита. Не говоря уже о пчелах или осьминогах: у последних мозг вообще разбит на девять независимых отделов, из которых восемь находятся в щупальцах.

При этом, чем ближе животное к нам в плане эволюционного родства, тем вероятнее сходство его сознания с нашим.

kl-10

Осьминоги сознательны и разумны, но как будто с другой планеты.

kl-e

Как же так вышло, что мы запускаем спутники, а рыбы по-прежнему не спешат вылезать на сушу? Во-первых, рыбам спутники без надобности. Во-вторых, между нами и рыбами все-таки есть разница, и ее корни лежат в языке.

kl-11

Пчелы, высшие приматы, воро́ны, дельфины и киты способны передавать довольно сложную информацию, используя сигналы. И тут мы натыкаемся на очень интересное наблюдение: чем лучше развита способность животного к абстрактному мышлению, тем лучше оно будет понимать сигналы собратьев. Ведь если вам говорят: «Ешь желтый гриб: он вкусный», — а вы берете мухомор или поганку, ваши шансы на выживание не очень велики.

Язык учит различать вещи, разбивать их на все более мелкие группы, а это, в свою очередь, позволяет развивать язык. Так, у японцев сотни разных слов для оттенков зеленого, различить которые европеец не в состоянии. Не потому, что его глаз или мозг устроены иначе, а потому, что соответствующих понятий нет ни в одном европейском языке и, следовательно, нет необходимости тренировать цветовосприятие. По той же причине там, где русскоязычный человек видит два цвета — синий и голубой, англоязычный видит один — blue.

kl-12

Чем больше в языке слов, означающих разные состояния сознания, такие как горе, страх, ненависть, любовь, тем лучше животное эти понятия различает и тем с большей вероятностью поймет, что другие могут чувствовать что-то подобное. Развитие сознания подстегивает абстрактное мышление — то, в свою очередь, подстегивает развитие сознания, и круг замыкается.

Все это напрямую касается людей. Сознание не зажглось в нас одним прекрасным днем, когда мы слезли с дерева, его не вставил в нас Иегова, Сатана или злой лорд Зину. Оно развивалось в наших предках с тех самых пор, как они были вынуждены учиться и понимать, что несет жизнь, а что — смерть. Скорее всего, те наши предки еще обладали плавниками вместо рук. Сознание продолжало развиваться с выходом на сушу; не перестало оно прогрессировать и после того, как появился наш вид.

Чем дальше продвигался в своем развитии язык, тем более развитым становилось и сознание. На каком-то этапе мы начали говорить сами с собой и, внезапно, осознали сами себя. Скорее всего, этот момент наступил уже после изобретения глиняных горшков и копий. По распространенной теории, человек вдруг понял, что голос, который он слышит, — это не голос бога или предка. Это голос его мыслей, его желаний, его чувств. Он стал разбираться в этом и изобрел науки, с помощью которых стал еще мельче дробить мир.

Теперь эти науки все больше открывают нам нашу неисключительность.

kl-13
Североамериканские индейцы ели бизонов, хотя знали: они отличаются от людей только видом. Предки индоевропейцев поступали так же. Сам факт наличия сознания мало что меняет, иначе не было бы войн. Единственное, чем нам действительно имеет смысл поступиться, так это нашей гордыней. Мы такие же дети эволюции, как и все живое, ни в чем не лучше и не хуже любых других ее детей.

источник

Картина дня

наверх